Февральская справка Росстата о промышленном производстве за 2025 год, опубликованная под занавес отчётного периода, в очередной раз разделила экспертное сообщество на два лагеря. С одной стороны — бодрые цифры общего роста индекса промпроизводства на 1,3%, с другой — суровая реальность железных дорог, где погрузка ключевых номенклатур упорно не желает следовать за государственным оптимизмом. На первый взгляд, данные выглядят как классический пример статистического дуализма, но при детальном разборе в них прочитывается вполне конкретный диагноз.
ПЕРЕВОЗКИ
Февраль для российского (и не только) транспорта традиционно становится временем испытания на прочность. И дело не в суровых морозах или снежных заносах. Главный вызов прилетает листком отрывного календаря, причём лунного. В 2026 году Китайский Новый год выпадает на 17 февраля, и эта дата уже сейчас заставляет логистические цепочки между Россией и КНР вибрировать от напряжения. Пока в Поднебесной готовятся к гуляниям, в отечественных офисах и на складах идёт битва за место в контейнере. Те, кто не успел втиснуться в график до середины февраля, рискуют увидеть свои товары во второй половине марта.
Изначально проект линии Кызыл — Курагино рассчитывал на грузовую базу в виде угля, железной руды и цветных металлов. Недавно замминистра транспорта Валентин Иванов говорил, что основа грузопотока и вовсе строго уголь. Как изменились объёмы этих грузов, идущие в Китай, за последние пару лет и какие грузы можно пустить на экспорт по ветке при падении поставок угля, Vgudok выяснил у президента Национального исследовательского центра перевозок и инфраструктуры Павла Иванкина.
Сергей Шишкарёв затеял контригру. Как стало известно в конце недели, совладелец ГК «Дело», у которого сейчас лишь 50% основанной им же компании, решил консолидировать 100% акций. Для этого он подал отдельно два ходатайства в ФАС: первое — о выкупе 1% акций у ТМХ, второе — о приобретении 49% у «Росатома». Пикантности происходящему добавляет даже не то, что госкорпорация не выставляла на продажу свой пакет, а то, что по слухам она сама собиралась стать единоличным владельцем «Дела».
Глобальная логистика замерла в ожидании очередного сдвига: датский гигант Maersk объявил о возобновлении регулярных рейсов через Красное море и Суэцкий канал. Казалось бы, возвращение к самому короткому пути между Азией и Европой —безусловное благо для мировой торговли. Однако рынок отреагировал на новость парадоксально: котировки акций Maersk рухнули на 7,5%. Этот «холодный душ» для инвесторов доказывает, что эпоха кризисной маржинальности, вызванной геополитическим хаосом, подходит к концу, а впереди — возвращение к жёсткой конкуренции и низким тарифам.
Проект магистрали Кызыл — Курагино принято считать инженерным «Эверестом», сопоставимым по сложности с БАМом, но с дополнительными сейсмическими рисками. Прокладка 410 км путей через Саяно-Алтайскую складчатую зону потребует строительства более 170 искусственных сооружений, включая десятки тоннелей и мостов, где каждый
Коллеги из Ассоциации «Промжелдортранс» отмечают, что инфляционная динамика последних лет напоминала американские горки. Если в 2022 году мы наблюдали геополитический взлёт до 11,94%, то прогноз инфляции на 2026 год от Минэкономразвития выглядит почти идиллически — ровно 4%. Впрочем, финансовый сектор в лице экспертов топ-компаний финансового блока настроен более скептично, ожидая показатель в районе 4,8–5,5%.
Проект ЖД-линии Кызыл — Курагино, чья стоимость перевалила за 2 триллиона рублей, давно вышел за рамки региональных амбиций и превратился в предмет жёсткой арифметики и стратегического планирования. В условиях ограниченных ресурсов, высокой стоимости заёмного капитала и критической перегрузки Восточного полигона вопрос больше не в том, нужна ли эта дорога, а в том, как гарантировать обещанный грузовой поток. Новые исследования в рамках Центрально-Евразийского транспортного коридора (ЦЕТК) дают ошеломляющую цифру: до 74,7 млн тонн грузов к 2050 году.
Забота о безопасности и желание загрузить отечественные верфи — благие цели, критиковать которые занятие неблагодарное. Однако, когда «наверху» предлагают запретить заход в порты двух третей действующего флота, надеясь, что промышленность тут же построит десятки тысяч новых судов, это уже не политика, а какой-то экономический эксперимент. В условиях, когда строительство в России в разы дороже, а планов на замену 3,5 тысячи судов нет, этот «возрастной ценз» рискует обернуться пустыми водными путями, дефицитом перевозок и, самое главное, массовым переводом заказов из Петербурга и Астрахани — прямиком в Шанхай.
Проект, который в публичной риторике называли не иначе как «Сибирский Суэц», должен был прорубить сухопутный путь из сердца России в Азию. Но в итоге железнодорожная линия Кызыл — Курагино (хотя уместнее называть магистраль Кызыл — Урумчи, ведь китайцы практически приняли решение строить ветку по своей территории и по территории Монголии — прим. ред.) полтора десятилетия остаётся памятником нереализованных амбиций, застрявшим между прокламациями и перевалами. Тыва до сих пор является единственным субъектом РФ, отрезанным от общей сети ЖД.