В I квартале 2026 года участковая скорость на сети РЖД опустилась до 38,7 км/ч. Пока официальная отчётность рисует позитивные тренды, реальная скорость доставки грузов остается в зоне турбулентности. Бывший железнодорожник Сергей Ивановский объясняет, почему в 1941 году эшелоны двигались быстрее, чем современные поезда, и в чём заключается фундаментальная ошибка в управлении вагонопотоками.
Колонка патриота
Правительство РФ включило 20% акций Новороссийского морского торгового порта (НМТП) в прогнозный план приватизации на 2026–2028 годы. Несмотря на финансовую привлекательность актива (выручка >76 млрд руб.), инвесторы задаются вопросом: стоит ли платить более 30 млрд рублей за пакет, не дающий реальных рычагов влияния, при том что контрольный пакет (62%) остается у «Транснефти»?
Панамский канал превратился в самое дорогое «бутылочное горлышко» планеты: из-за блокады Ормузского пролива и нестабильности в Красном море поток судов превысил технологический лимит в 38 бортов в сутки, достигая 40. Пока администрация канала пытается справиться с нагрузкой, право внеочередного прохода на аукционах дорожает до $4 млн за судно. Как геополитический шторм переписывает карту мировых поставок — в колонке Марии Никитиной.
Впервые с 2021 года один из ключевых индикаторов эффективности железнодорожного транспорта — оборот вагона — продемонстрировал позитивную динамику, сократившись в первом квартале 2026 года на 3,6%. На первый взгляд, данные говорят о качественном скачке в работе сети, однако детальный разбор факторов, стоящих за этой цифрой, позволяет взглянуть на ситуацию под другим углом. Анализ ситуации в отрасли, проведённый ниже, примечателен тем, что смещает акценты с сухих отчётов и возвращает дискуссию к фундаментальным законам ЖД-логистики, показывая, как за красивыми процентами скрываются структурные сдвиги, способные серьёзно повлиять на реальный сектор экономики и стоимость перевозок. Слово нашему читателю.
В вагонных спорах интересен не столько сам избыток парка и порядок его расчёта, хотя согласованные сторонами Методические рекомендации 2023 года прямо указывают на невозможность «служить основанием для принятия регуляторных решений, в том числе применительно к регулированию величины парка вагонов». Однако служат. Более любопытно отношение участников дебатов к этому избытку.
Публикация «Массовики-затейники из РЖД» задела профессиональное сообщество за живое. В железнодорожной среде, где за каждой цифрой стоит либо премия, либо выговор, точность формул — вопрос почти сакральный. Дискуссия о том, как именно формируется показатель средней массы поезда, мгновенно вышла за рамки обычного обсуждения в комментариях.
По итогам 2025 года СМИ и телеграм-каналы публиковали посты с описанием разных показателей. И вот сразу в нескольких источниках прозвучала такая фраза: «За 2025 год удалось сократить оборот вагона до 13,58 суток». На противоречивость формулировки обратил внимание эксперт НИУ ВШЭ Фарид Хусаинов. Мы не критикуем коллег, допустивших такую формулировку, так как сами сталкиваемся с такими же проблемами в трактовках профессиональных величин. Именно поэтому имеет смысл обратить на тему внимание. Подробности ниже.
От VG: в эпоху тотальной цифровизации и борьбы за эффективность на сети РЖД сохраняется удивительный правовой атавизм. Пока терминалы и нефтебазы выстраивают графики до минуты, высчитывая возможности техники и людей, сама система позволяет отправить в их адрес практически любой объём груза без предварительного согласия. Это игра в одни ворота, где отправитель рапортует об успехах погрузки, а получатель в ужасе наблюдает за приближением неизбежного затора, не имея легальных рычагов, чтобы нажать на тормоз. Об этом редакции рассказал один из клиентов ЖД-монополии. Слово участнику рынка.
От VG: Непростая ситуация с железнодорожными пробками и нехватка пропускной способности вновь поднимают вопрос: почему отрасль годами борется с симптомами, а не с болезнью? Читатель Vgudok, инсайдер отрасли, в своей новой колонке рассказывает о «Потоковом управлении» — бесплатной и эффективной технологии, способной дать +30% к выгрузке и помочь решить проблему брошенных поездов. История раскрывает парадокс: госкомпании часто предпочитают платить миллиарды за консалтинговые обёртки, полностью игнорируя простую, но работающую логику, найденную «в полях» или в нашем случае «на путях». Это рассказ о том, как «гренка» стала «крутоном», а потенциальный спаситель сети был отправлен в отставку. Слово автору:
В последнее время много разговоров о том, что показатели РЖД оторваны от жизни и растут только в отчётности, не соответствуя реалиям на земле. Хочу показать, как это происходит с массой поезда, раскрыв пару железнодорожных хитростей. Прежде всего, конечно, «масса», а не «вес» хотя бы потому, что вес — это сила, с которой тело действует на опору или подвес, и измеряется вес в ньютонах. Традиционное определение «вес поезда», широко употребляемое ввиду удобства и более лёгкого произношения, подразумевает именно «массу», неизменную и исчисляемую в тоннах. А «вес» поезда, как сила, величина непостоянная: на экваторе он будет на 0,4 % ниже, чем на полюсах, а на Луне в 6 раз меньше, чем в земных условиях.









