Лента

От VG: в текущих «боевых» реалиях логистика перестаёт быть «обслуживающим персоналом» и становится одним из главных драйверов экономики. Кризис в Ормузском проливе и Красном море наглядно показывает, как мировая торговля сталью буквально встаёт на паузу из-за проблем с фрахтом и страхованием. Почему производителям приходится забыть о стратегии just-in-time и переходить к just-in-case; как блокада двух ключевых коридоров меняет расстановку сил на рынке и почему в выигрыше оказывается не тот, кто производит дешевле, а тот, кто гарантирует доставку, выяснили наши коллеги из «ПРО Металл». 

Эскалация конфликта на Ближнем Востоке поставила под вопрос устойчивость глобальных транспортных связей. Ормузский пролив, через который проходят огромные объёмы мировой морской торговли нефтью и удобрениями, превратился в точку напряжённости, способную изменить логистику на годы вперёд. «Миротворец» Трамп заявляет о том, что восстановит поставки через пролив, выделив судам военные конвои, эксперты парируют: такие милитаристские меры помогут восстановить судоходство в регионе от силы на 8–10%. Капля в море, которое волнуется всё сильнее и сильнее.

Железнодорожная отрасль оказалась в ситуации, которую принято называть идеальным штормом. Мы можем наблюдать парадоксальную картину: на фоне формального профицита подвижного состава, исчисляемого десятками тысяч единиц, рынок с тревогой смотрит в 2027 год, ожидая острого дефицита того же ПС. Информационный центр операторов предупреждает о возможной нехватке до 16 тысяч цистерн и 13 тысяч полувагонов. Однако за сухими цифрами скрывается не просто технический дисбаланс, а глубокая системная проблема.

Геополитические штормы последних лет неоднократно доказывали хрупкость глобальных цепочек поставок, но кризис, полыхнувший в конце зимы 2026 года, стал чем-то большим, чем просто очередной сбой логистики. Когда Корпус стражей исламской революции Ирана объявил о блокаде Ормузского пролива, все напряглись из-за возможной угрозы энергетического кризиса, однако реальный удар оказался нанесён по фундаментальному звену продовольственной безопасности планеты — фосфорной химической промышленности.