Зангезурский капкан и российский МИД. США, Армения, Азербайджан и призрак РЖД встретились на железной дороге раздора
Логистика давно перестала быть уделом инженеров и операторов. Сегодня это инструмент геополитики, где за каждый километр (асфальта, рельсов — не суть важно) и каждый контейнеровоз ведётся нешуточная борьба. Пример — Зангезурский коридор, который, судя по информационному шуму, должен был превратиться в «маршрут имени американского президента» и перекроить транспортную карту Кавказа. Теперь же к этому названию есть вопросы как по оболочке, так и по содержанию. И может так случиться, что распиаренная «дорога Трампа» станет дорогой не совсем Трампа. Или даже совсем не Трампа…
История началась с того, что Азербайджан, Армения и США, по сообщениям ряда источников, договорились о создании сухопутного коридора через армянскую Сюникскую область. Проект получил громкое имя «Маршрут Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP). Неоднозначная деталь, моментально разошедшаяся в инфополе — передача участка армянской территории в аренду Штатам на 99 лет.
«TRIPP призван обеспечить беспрепятственное мультимодальное транзитное сообщение на территории Армении», — говорится в заявлении Госдепа США.
Описание же проекта изобилует красивыми определениями, которые уверяют, что TRIPP «должен быть разработан в рамках определенных транзитных маршрутов на территории Армении, в местах, которые будут детализированы в будущем, при сохранении полного суверенитета Армении над всеми территориями проекта».
Термин «Маршрут Трампа» действительно имеет корни в инициативах его администрации, но официального соглашения, подписанного лично Дональдом Трампом, касательно именно Зангезурского коридора не существует. Вероятнее всего, это PR-ход, призванный придать проекту международный вес.
Что касается аренды на 99 лет, этот тезис является крайне спорным.
Хотя американские чиновники и заявляли о готовности США взять коридор в аренду, Армения последовательно опровергает любые попытки передачи суверенитета. Премьер-министр Никол Пашинян заявил, что любая дорога, проходящая по суверенной территории страны, будет функционировать в рамках её законодательства, с полным таможенным и пограничным контролем. Речь идёт не о «коридоре» в азербайджанском понимании (экстерриториальный статус), а о транзитной дороге.
То есть на деле «Маршрут Трампа» — это пока лишь красивый бренд, а реальность упирается в фундаментальный конфликт суверенитетов. На фоне геополитических игр, где США и Турция стремятся усилить своё влияние, Россия не имеет права оставаться в стороне от столь значимого проекта в относительной близости.
Во-первых, железнодорожная сеть Армении находится в концессионном управлении у ЗАО «Южно-Кавказская железная дорога» (ЮКЖД) — «дочки» ОАО «РЖД». Любое строительство или эксплуатация путей в этом регионе неизбежно затрагивает интересы российского холдинга.
Во-вторых, согласно трёхсторонним договорённостям от ноября 2020 года, контроль за транспортным сообщением в Зангезуре должны осуществлять органы Пограничной службы ФСБ России.
Это даёт Москве серьёзные рычаги влияния и объясняет, почему российский МИД стал более чётко обозначать свою позицию. Москва не против разблокировки коммуникаций, но она не согласна с тотальным вытеснением из региона.
«Зангезурский коридор, даже если Армения даст только транзит, а не экстерриториальность, станет серьёзным конкурентом имеющимся магистралям.
РЖД не может позволить себе игнорировать этот проект, но и политически входить в клинч с Арменией или Азербайджаном Москва не будет.
Наш ответ — дальнейшая цифровизация Транссиба и развитие портов Севера, а также укрепление сотрудничества с Ираном по коридору «Север — Юг». Бакинский коридор — это прежде всего про турецкие и центральноазиатские интересы, а не про российские», — рассказал источник Vgudok на операторском рынке.
Для РЖД полноценный запуск Среднего коридора — прямой вызов, так как маршрут от Каспия до Турции сократит транзитное время из Китая в Европу на 10–15 дней по сравнению с Транссибом. Москва заинтересована, чтобы Зангезурский коридор стал частью более крупного и контролируемого Россией коридора «Север — Юг», а не превратился в «американскую зону» в Закавказье.
Крайне негативно на проект смотрит и Иран. Тегеран опасается, что прямое транспортное сообщение между Турцией и Азербайджаном через Армению может привести к изоляции исламской республики от Закавказья и усилит турецкое влияние. Иран рассматривает любое нарушение суверенитета Армении как прямую угрозу своей безопасности.
Азербайджан, завершая строительство своей части Зангезурского коридора, демонстрирует решимость. Работы на 42-километровом железнодорожном участке от Горадиза до Агбенда находятся на финальной стадии, а заявленная пропускная способность в 15 млн тонн подтверждает огромный потенциал Среднего коридора.
Однако инфраструктурное рвение Баку натыкается на железобетонную стену политического недоверия. Пока Армения и Азербайджан не договорятся о статусе транзита — будет ли это «экстерриториальный коридор» или «суверенная дорога с контролем» — все инвестиции и амбиции будут упираться в пограничный столб.
Для РФ это означает не угрозу, а скорее дополнительный стимул для ускоренной модернизации существующих маршрутов и развития альтернативных логистических проектов, таких как «Север — Юг». В логистике, как и в политике, конечный пункт назначения часто зависит не столько от скорости движения, сколько от умения договориться с теми, через чью территорию пролегает путь. Зангезурская интрига — это не просто логистика, это сложный тест на готовность региона к долгосрочному миру и компромиссам.
ВГУДОК представляет экспертный Telegram-канал @Vgudok.PRO
Иван Афанасьев