Смертельные пути необщего пользования. Столкновение поездов и гибель составителя: новая трагедия на сети ЖД

Опубликовано 27 декабря 2020

За скупым сообщением на сайте прокуратуры стоит жизнь, оборванная очередным «событием» на железнодорожном транспорте. «17 декабря 2020 года, в 00.10 ч. (время мск) при производстве маневровой работы в погрузочном пункте на 317 километре участка Улак — Эльга путей необщего пользования произошло столкновение маневрового состава и локомотива. В результате происшествия смертельно травмирован составитель поезда и произошел сход локомотива с железнодорожных путей.

Тындинской транспортной прокуратурой проводится проверка соблюдения требований законодательства о безопасности движения. При выявлении нарушений будет принят весь комплекс мер прокурорского реагирования для их устранения».

Ветка Улак — Эльга, примыкающая к Байкало-Амурской магистрали относится к категории путей необщего пользования. Её владелец — угледобывающая компания. Протяжённость ветки — 321 километр. Трагедия произошла на 317-м.

Составитель поездов Цыганков во время маневровых передвижений находился на подножке тепловоза ТЭМ2У-8383. Машинист этого тепловоза Киселёв должен был доехать до предельного столбика стрелочного перевода и остановиться. По смежному пути в это время двигался ещё один маневровый состав. Находящийся поблизости другой составитель Лагуткин, увидев движущийся тепловоз машиниста Киселёва, предупредил его по рации: «Восемьдесят третий, тише, стрелка не ваша».

Через минуту составитель Цыганков передал своему машинисту команду на остановку. Машинист команду не выполнил, продолжая движение. Составитель Лагуткин неоднократно передавал по рации команду на остановку. К передаче команды на остановку, только уже всем локомотивам, услышав переговоры по рации, присоединился и дежурный по посту централизации. Машинист Киселёв команду не выполнил, что привело к проезду предельного столбика и боковому столкновению с другим составом. Составитель Цыганков был буквально размазан о вагон.

Как он мог не заметить, что его тепловоз приближается к этому составу — неизвестно.

Трагедия произошла в 00:10 московского времени, 07:10 местного. Усталость у работающих в ночную смену обычно начинает проявляться как раз под утро. Ни инфраструктура, ни подвижной состав не принадлежат ОАО «РЖД», поэтому обычного для таких случаев протокола разбора с указанием причин мы не увидим. Просто факт остаётся фактом: машинист потерял контроль над движущимся локомотивом.

Пути необщего пользования. До введения в действие нынешних ПТЭ они назывались подъездными. Такие пути были у всех промышленных предприятий, ведущих погрузку-выгрузку. У некоторых предприятий, подобных расположенному на станции Эльга, были целые ветки с множеством станций и огромным путевым развитием. Имелся свой парк подвижного состава, как тягового, так и вагонов.

Локомотивы обслуживались либо собственным штатом машинистов, либо ППЖТ — предприятиями промышленного железнодорожного транспорта. Если в ППЖТ ещё был хоть какой-то порядок, то там, где железнодорожные цеха относились к самим предприятиям, порядок этот отыскивался с трудом. Нынче ППЖТ канули в Лету, а в пору экономии на всём сыскать порядок в промтранспорте ещё сложнее, чем раньше. Основной костяк как составителей, так и машинистов, работающих без помощников, составляют пенсионеры — или свои собственные, или из РЖД. Зарплата небольшая, но и требования невысокие. Регламент переговоров — да о чём вы?! Подтверждение восприятия сигнала или команды — вот ещё!


Мы много писали и будем писать о том, что регламент переговоров, действующий в ОАО «РЖД», не защита безопасности движения, а её прямая угроза. Однако и отказ от регламента или отказ от его выполнения, как мы видим, тоже ни к чему хорошему не приводит. Истина, как водится, посередине: регламент в нынешнем виде предельно формализован и нуждается в сокращении в разы. Причастные к его выполнению думают не о безопасности движения, а о том, как бы не забыть что-то сказать под запись многочисленными записывающими устройствами. Объём и содержание регламента, особенно при маневровой работе с её некодированными путями, не должен вызывать стойкого нежелания его выполнять.

Другой аспект — приборы безопасности. Мы не знаем, какими приборами оборудованы ведомственные тепловозы на ветке Улак — Эльга. Вполне возможно, что никакими, или они отключены. Те, что используются в РЖД, пусть не гарантированно, но с высокой вероятностью остановили бы неуправляемый тепловоз. Очень надеемся, что в нормативных документах владельца инфраструктуры имеется пункт об использовании приборов безопасности, а прокуратура разберётся, почему они не исполнили свою функцию.

Транспортные новости российских мегаполисов и мировых столиц ищите в нашем разделе ГОРОД и в Telegram-канале @Vgudok

Владимир Максимов