Институт, экзамены, пенсия… Размышления автора vgudok.com на выходе из отделения пенсионного фонда

Опубликовано 14 сентября 2020

Наш автор из Санкт-Петербурга, бывший машинист Сергей Вершинин, пополнив ряды российских пенсионеров, разместил на своей страничке в соцсетях весьма эмоциональный пост. К сожалению, мы не можем скопировать его без правок из-за нескольких непечатных словечек, очень точно и ёмко описывающих ситуацию. Заменив их куда менее выразительными синонимами, предлагаем вам крик души ветерана отрасли.

Крыльцо пенсионного фонда. Место, дающее то ли право, то ли желание подвести хоть какие-то итоги.

Хотя итог-то один. Обманули. Не меня лично, всю страну обманули. Много раз.

Выбирая профессию железнодорожника, меньше всего думали мы о пенсии. Ну, в 55 и ладно. Когда тебе 15, то 55 или 65, или даже 75 — большой разницы нет. Крепких мужиков в 55, уходящих на заслуженный и почетный, мы называли дедами. С недавнего времени и я такой вот дед. Тех, кто решился доработать до 57-ми, чтобы получать не 120, а 132 рубля, — ветеранами. И даже обращались к ним на «Вы». Дольше, кажется, оставались работать единицы.

Новейшая история страны спутала все карты, в том числе и пенсионные. Когда заговорили о пенсионной реформе (четверть века назад, кто запамятовал), появилась надежда.

«Не подставят, успеем заработать», — мы еще верили.

Чуть позже, в Социальном техникуме, решая на контрольных задачки по расчету пенсии, я чувствовал: какая-то ерунда. Больно уж мало в итоге у пенсионеров из задачника получается.

Юридический институт промелькнул пунктиром рассказов об одной замечательной партии, вокруг которой жизненно необходимо сплотиться. Это параллельно с лекциями по ТГП (теория государства и права) у Александра Бастрыкина. До пенсии оставалось полтора десятка лет. «Нас не бросят, мы ж людей возим». Кроме ТГП и жития партии, Александр Иванович учил нас, что на выборы нужно ходить. Я ходил и отдавал голос тем, кому верил. И еще всех знакомых к этому призывал.

Профессиональное занятие фотографией давало отличное понимание абсурдности всего происходящего на железке. Я видел действительно сильных людей, попадавших в объектив. Чуть позже, когда я попробовал себя в качестве журналиста пишущего, мне выпало счастье беседовать со многими достойнейшими людьми. Приходя на следующий день на работу по трудовой книге, я с трудом сдерживал смех, видя пыжащихся от осознания собственной важности железнодорожных начальников на разных совещаниях. «Не сказать лишнего, отправить правильный отчет, угодить наверху» — вот жизненные постулаты этой страты.

Статья в «Гудке» разделила жизнь на «до» и «после». Говорящих правду в РЖД не любят, зато тех, кто со всем согласен и не задаёт лишних вопросов, потихонечку двигают по карьерной лестнице. Некоторым, если повезёт, к пенсии дают «Почётного». Не-не, я не претендовал, я же неблагонадёжный. Я же могу написать, как есть, а не как можно.

Появление негосударственного «Благосостояния» запомнилось принудительным загоном в его ряды. «Точно обманут», — не сомневались мы, ибо ничего хорошего от железнодорожного начальства тогда уже не ждали. Антагонизм работающих и управляющих к тому времени был сформирован предельно четко. Узнать, чем же мне ответит этот фонд, мне предстоит, надеюсь, не скоро.

Хотя главный рулевой в пенсионной теме, конечно же, наше государство. Описывать, как пенсионный фонд терял сканы справок, которые я собирал по правопреемникам несуществующих депо, как умудрился он не успеть своевременно назначить пенсию при том, что первый раз обратился я туда за год (!!!) до получения права на неё — грустная история получится.

Да и зачем нужны эти справки, если: а) все записи есть в трудовой книге, б) ПФ сам будет запрашивать на тех же предприятиях точно такие же. «Идиоты», — вырвалось у мужика, с которым мы лоб в лоб столкнулись на пороге заведения, игнорируя социальную дистанцию. Хотя на самом деле никакой социальной дистанции между нами нет — мы оба получатели пенсий. А вот между нами и теми, кто нынешние пенсии придумал — ого-го, какая социальная дистанция! Кратко и красноречиво он их всех под одну гребёнку собрал. Не знаю уж, чем там ему насолили.

И вот справочка у меня в руках. Справочка, Карл! Справочка! Вместо полноценного пенсионного удостоверения.

Их, оказывается, нынче не выдают. Совсем. Эту бумажку нужно будет иметь всегда с собой, да ещё вместе с паспортом — вдруг государство решит проверить, а тот ли гражданин пользуется льготным проездом. Печать фотографии и имени на магнитной карте, которая и удостоверение, и проездной — нет, не слышали.

34 года общего трудового стажа. 20 лет без месяца стажа «горячего», дающего право на льготную пенсию.Сумма, щедро отваленная государством бывшему машинисту электрички, в целых полтора раза превышает МРОТ, который сегодня составляет 12130 рублей. С лихвой хватит на коммуналку. Ну и раз пять заправить машину, чтобы за грибочками-ягодками смотаться.

Обманули? Нет, мои хорошие. Не обманули. Точнее, не они обманули. Это мы сами себя обманули. На выборах и прочих похожих мероприятиях.

Не дай бог дожить до времени, когда не останется сил работать.

Транспортные новости российских мегаполисов и мировых столиц ищите в нашем разделе ГОРОД и в нашем Telegram-канале @Vgudok

Сергей Вершинин