Абсурд и бесчеловечность: деревни вдоль РЖД умирают, но не сдаются. Жители уральского посёлка воюют с местными чиновниками за свои квадратные метры

Опубликовано 26 мая 2021

Двое жителей деревни на Южном Урале, которые остались без какой-либо связи с цивилизацией, продолжают сражаться с чиновниками за собственные квадратные метры жилья. Власти пытаются переселить людей из вымершего посёлка рядом с небольшим железнодорожным разъездом, но предлагают за добротный деревенский дом дешёвую квартиру. Детали противостояния — в материале vgudok.com.

Мы недавно писали, как дачники вместе с деревенскими дали отпор госмашине и затормозили (неизвестно, надолго ли) проект федерального значения. Там против строительства железнодорожных путей через садовые участки выступило около 300 человек. На Южном Урале, в деревне рядом с железнодорожным переездом Чеславка (находится в 15 километрах от города Куса), за свою недвижимость стеной встали всего два человека. Именно столько и осталось жить, по сути, в уже вымершей деревне.

Чеславка — обычная деревня, расположенная вдали от более или менее крупных населённых пунктов, то есть в глуши. Сообщение с цивилизацией было одно — электричка. В какой-то момент её решением региональных властей отменили, дороги разбили лесовозы. Чтобы каким-то образом довезти до оставшихся в деревне жителей продукты питания и другие необходимые для жизни товары, приходилось организовывать целую экспедицию. Деревню стали экстренно расселять

«Мы категорически отказались переезжать в Кусу (ближайший населённый пункт, — прим. ред.), там все дома 50-х годов постройки, а в Чеславке — хороший добротный дом, — говорит жительница Чеславки Зоя Гумарова. — Я просила дать жилье в Сатке, потому что жила там 40 лет, знала этот город.

До последнего мне не давали участвовать в подборе квартиры.

А когда показали — я ахнула, дом старый, окна на дорогу, на скорую руку сделан ремонт, с самыми дешёвыми обоями. Я была бы согласна и на меньшую площадь, но в нормальном состоянии. Гражданскому мужу вообще предложили жилье с грибком. Мы категорически отказались туда въезжать».

Гражданский муж Гумаровой Николай Батурин — второй житель Чеславки, отказавшийся переезжать не пойми куда. Такой подход сильно не понравился чиновникам, которые и занимались переселением. Как итог, на «робинзонов», не подчинившихся решению властей, эти же власти решили подать в суд с требованием сдать дома в Чеславке и принять то, что им купили. И неважно, какого качество те квадратные метры, которые приобрели чиновники в процессе переселения. 

«Меня это возмутило до глубины души, — говоритЗоя Гумарова. — Мой дом оценили в 930 тыс. рублей, а квартиру купили за 730 тыс. Получается, что 200 тысяч просто украли? Плюс какие-то деньги заплатили риелторам. Зачем? Я бы сама нашла себе жилье в пределах положенной суммы. Я нашла квартиру, она несколько лет стояла на Авито и никто ее не покупал. Нормальные квартиры в Сатке стоят больше миллиона, а нас хотели обмануть. Думали, мы дурачки деревенские, нам и так сойдет. Когда я сказала это, мне заявили, что я не специалист, откуда я знаю, сколько что стоит. Люди покупают жилье и все понимают. И такое неуважение во всем».

По мнению Гумаровой, тот факт, что их расселяли как жителей ветхих домов, тоже заслуживает внимания. Почему необходимо считать добротный деревенский дом непригодным для жилья, даже если до него добраться практически невозможно. Получается, что таким образом чиновники занизили стоимость одного жилья, чтобы поменять его по сниженной цене.

«Мой дом не был ветхим, я вообще узнала, что была какая-то комиссия по моему дому, уже в последний момент, как они это все считали — неясно, — говорит женщина. — Но факт в том, что мне насчитали 930 тыс., супругу 1,4 млн. В пределах этих сумм нам должны были купить новое жильё. Мы об этом не просили, была бы дорога, мы бы и жили дальше в Чеславке. Не от нас зависело, что деревня умерла. Но раз сами насчитали, пусть не обманывают. Мы просим суд отдать нам эти средства деньгами, и мы сами купим, что надо».

Для властьимущих такой вариант явно не самый подходящий. Бюджет на расселение выделен, жилплощади расписаны. Но если квартиры раздали, а они пустуют, то возникает вопрос о нецелевом расходовании средств.
Кусинский районный суд в итоге принял половинчатое решение: приобретение квартир для Гумаровой и Буторина признаны не соответствующим целям и задачам подпрограммы «Мероприятия по переселению граждан из жилищного фонда, признанного непригодным для проживания на территории Кусинского городского поселения (ж/д разъезд Чеславка)». Но в выплате людям компенсации суд отказал.

Сейчас дело рассматривает апелляционная инстанция Челябинского областного суда. 


Суд назначил экспертизу имущества супругов. Оплатить они его должны из своего кошелька, а сумма ни много ни мало — 40 тыс. руб. Теперь оставшиеся деревенские из Чеславки ещё и должны каким-то мифическим образом обеспечить доступ эксперта к домам. Проблема только в том, что если в марте добраться до населённого пункта ещё как-то можно было на снегоходах, то теперь это сделать не то чтобы проблематично, но просто опасно для жизни.

«На начало апреля был назначен выезд эксперта, — рассказала Гумарова. — Он мне звонил, спрашивал, что делать. Я говорю, я законопослушный человек, я вам открою дом. Как добираться — решайте сами, пойдем по шпалам 15 километров или просите транспорт у администрации, они же все это затеяли. В итоге выезд отменили, что будет дальше — не говорят. Я в принципе против оценки, ведь один раз уже насчитали — по средней стоимости квадратного метра в районе. Зачем что-то переоценивать».

Эта история очень характерная и проблемы подняты важные. Действительно, на сегодняшний день существует очень много жилищных программ, у них разные условия и основания. Этим очень часто пользуются недобросовестные чиновники, подбирая для переселения жителей не ту программу, которая действительно подходит для данного конкретного случая, а то, что интересно чиновникам и аффилированным с ними предпринимателям, рассказала vgudok.com адвокат Московской коллегии адвокатов «Власова и партнёры» Ольга Власова.

«Из данной ситуации ясно видно, что программа выбрана абсолютно неподходящая — переселение из аварийного жилья, хотя жильё не является аварийным или ветхим. Но под эту программу во всех регионах выделяются средства и она очень удобна для чиновников — можно переселить жителей в любое жильё и без соблюдения даже минимальных гарантий. 

Что касается жителей, безусловно, им удобнее и проще получить адекватную компенсацию и самим купить себе подходящее благоустроенное жильё.

Что касается суда, то назначать после отмены решения повторную дорогостоящую экспертизу за счёт двух пенсионеров, когда по закону такая обязанность может быть и должна быть возложена на истца — госорган, или проведена самим судом за счёт бюджета и потом эта стоимость взыскивается с проигравшей стороны, абсурдно и бесчеловечно», — считает наша собеседница

В статье поднята не только проблема двух пенсионеров из Чеславки, эта проблема, озвученная депутатом,  сегодня, когда реновация шагает уже не только по Москве, но и по всей стране, крайне актуальна.

«Странно оценивать имущество, которое находится в мёртвом посёлке, где уже десятилетиями ничего не продавалось. Как оценить то, что там ничего нет: дороги, света, магазинов? Есть другая методика, она идёт от затрат, которые необходимы, чтобы обеспечить право людей на жильё. Сколько надо на новый дом, на переезд и так далее. Но по этому пути суд почему-то не пошёл. 

А суд не пошел по этому пути, потому что эта, справедливая и адекватная методика, к сожалению, не предусмотрена законом. Такая же ситуация сложилась и в Москве с квартирами, изымаемыми по реновации или, например, по так называемой реконструкции в 47-48 кварталах Кунцево города Москвы.

«Старые», порой благоустроенные, комфортные, с хорошей планировкой и высокими потолками, как в Кунцево, квартиры оцениваются оценщиками, приглашёнными чиновниками, в заведомо копеечную стоимость и, соответственно, если житель захочет взять компенсацию, а не квартиру взамен, купить равноценную площадь он не сможет. И действительно, как оценить стоимость квартиры в домах, заведомо подлежащих сносу — объективно с момента включения такой квартиры в программу по сносу квартира не стоит ничего. 

А вот в новостройках, в которых выделяются квартиры для переезда жителей, стоимость квартир заведомо завышается, несмотря на то, что по факту потом эти квартиры новые владельцы не могут реализовать даже по более низкой стоимости — неликвид.

В результате люди вынуждены сначала брать взамен ненужную им квартиру, а потом её продавать, чтобы купить более-менее приличное жильё.

Кроме этого, при таком не добровольном переселении люди вынуждены нести убытки, часто из-за неудачной планировки приходится полностью обновлять мебель, которая не проходит, в том числе, по габаритам, делать незапланированный ремонт, менять бытовую технику, ну и, наконец, сам переезд. И сегодня никто им эти расходы не возмещает.

Безусловно, такое положение необходимо менять. С одной стороны, внести соответствующие изменения в законодательство, а с другой стороны, ужесточить контроль за соблюдением чиновниками требований этого законодательства и нецелевым расходованием средств», — рассказала vgudok.com адвокат Ольга Власова.

По данным картотеки Челябинского областного суда, производство по делу пока приостановлено для проведения экспертизы.

Больше лёгкого чтива для тяжёлых будней ищите в нашем разделе LIGHT, лучший фото- и видеоконтент на нашей странице в Instagram  

Максим Ярошевский