В СССР секс был! Советская ж/д мелодрама — о ловеласах-рабочих и их жертвах

Опубликовано 08 октября 2021

Фильм «Утренние поезда» 1963 года, несмотря на название, нельзя отнести к категории производственно-железнодорожных. Это традиционная мелодрама, в которой поезда, а точнее электрички, играют вспомогательную роль: здесь по дороге на работу и обратно встречаются главные герои ленты. Однако это никак не умаляет значение стальной инфраструктуры в фабуле картины. Тем более что финальная драма ленты разворачивается именно на железной дороге.

Известно, что сюжеты многих фильмов периода СССР самого разного жанра так или иначе связаны с транспортом. Например, действие психологической ленты «Мы, нижеподписавшееся» происходит в поезде, семейной драмы «Время отдыха с субботы до понедельника» и комедии «Полосатый рейс» — на теплоходе, а триллера «713-й просит посадку» — в самолёте. Если авторы решили вплести в сюжет тот или иной вид транспорта, следовательно, на то имелось некое логическое, идеологическое или психологическое обоснование.

В «Утренних поездах» главный герой — советский рабочий — персонаж отрицательный и даже последующее его «прозрение» и «раскаяние» не выглядит искренним и по-настоящему осознанным.

В случае с «Утренними поездами» такой подоплёкой можно, наверно, считать желание авторов показать жизнь рабочего класса (а герои фильма трудятся на московском машиностроительном заводе) как она есть — в ежедневных поездках на ритмично курсирующих электричках, что позволяет даже жителям Подмосковья удобно и вовремя добираться до столицы. И, кроме того, знакомиться с попутчиками накоротке или даже заводить дружеские связи, которые могут перерастать во что-то большее.

В «Утренних поездах» такое «большее» могло случиться и между главными героями, которых жизнь свела в один вагон электрички: только-только вышедшей «со школьного двора» Асей (в исполнении Валентины Малявиной), устроившейся на работу на завод, и рабочим этого же завода Севой (Лев Прыгунов). Могло, но не стало.

В этом заключается небанальность, казалось бы, тривиальной мелодрамы режиссёров Фрунзе Довлатяна и Льва Мирского. Мало того, что наивная Ася вместо романтических отношений с «правильным» Севой попадает в ловко раскинутые любовные сети бабника Павла (Анатолий Кузнецов), так и сам этот «дон жуан» оказывается представителем рабочего класса, едва ли не передовиком-производственником. Кто жил в СССР, может себе представить, какая изрядная доля «диссидентщины» скрыта в картине. До этого «гегемоны» могли быть пусть немного легкомысленными рубахами-парнями, но никак не ловеласами, совращающими с пути истинного практически нимфетку.

Вероятно, в такой трактовке создателями картины образа работяги сыграли свою роль веяния модной в киноиндустрии 60-х годов ХХ века «новой волны», адепты которой отказывались от насаждавшихся в предыдущие годы (а в СССР это был период т.н. сталинизма) мэтрами кинематографии штампов в отображения повседневной жизни и прибегали к радикальным для своего времени творческим экспериментам. Поэтому у Довлатяна и Мирского главный герой — советский рабочий — персонаж отрицательный и даже последующее его «прозрение» и «раскаяние» не выглядит искренним и по-настоящему осознанным.

Саму же «новую волну» в советской кинематографии 60-х годов правильнее было бы назвать «новой искренностью». Сценаристы и режиссёры хрущёвской «оттепели», освободившиеся от стандартов «сталинского кино», выплеснули на большие экраны самые острые бытовые и психологические проблемы, которые волновали людей и о которых кино долгое время молчало. Выразителем этих настроений в фильме стал главный положительный герой, естественно, рабочий Сева: «Мне двадцать лет, и сердце моё свободно как от любви, так и от плакатов».

В хрущёвскую «оттепель» стали возможны ленты о матерях-одиночках, абортах и о порицаемых официальной пропагандой добрачных сексуальных отношениях и т.н. «гражданском браке».

Поэтому в эти годы стали возможны ленты о матерях-одиночках («Человек родился», 1956 год), абортах («Женщины», 1966 год) и о порицаемых официальной пропагандой добрачных сексуальных отношениях и т.н. «гражданском браке», как «Сверстницах» (1959) и тех же «Утренних поездах». А тому, что главными героями этих лент, в том числе и отрицательными, становились персонажи из трудящихся масс, тоже есть объяснение: эксплуататорских классов в СССР по определению не было, а вешать всех собак на «отщепенцев» и «тяжёлое наследие царского режима» было бы глупо — зрители бы не поверили кинодейству.

И даже финал фильма, где должны были быть расставлены все морализаторские точки над «i», получился совсем не советским. Ася, пережившая тяжёлую личную драму несостоявшейся свадьбы и разрыва с первым сексуальным партнёром, тем не менее, так и не поняла, что её настоящая любовь — рядом, с ней она каждый день встречается в утренней электричке на Москву.

Рекомендации vgudok.com. Фильм достоин просмотра, даже несмотря на не совсем профильный сюжет и мелодраматический жанр. Это добротный и характерный образец оттепельного кино с простой житейской правдой, которая не девальвируется с годами. И где вы ещё увидите Анатолия Кузнецова в непривычном для «товарища Сухова» амплуа совратителя невинных девушек?


Кроме того, «Утренние поезда» дают возможность поностальгировать зрителям категории 60+, а те, кто помоложе, смогут посмотреть на аутентичные электропоезда начала 60-х годов, антураж вагонов, станций и полустанков. Платформа «Заводская», где садится в поезд Сева, действительно существует в подмосковном Видном. А столичное предприятие, название которого мелькает в кадре и где работают герои ленты, — машиностроительный завод «Молния» (МЗМ) — до сих пор существует.

Транспортные новости российских мегаполисов и мировых столиц ищите в нашем разделе ГОРОД, лучший фото- и видеоконтент на нашей странице в Instagram

Артём Войцеховский