Страны ходят из угля в уголь. Австралия заметает углеродный след, пока Индия наращивает импорт твёрдого топлива

Опубликовано 21 июля 2022

Два, казалось бы, не связанных между собой события стали примером полярного отношения развитых и развивающихся стран к декарбонизации. Крупнейший австралийский производитель электроэнергии AGL Energy передумал выделять из своей структуры угольную генерирующую компанию. Параллельно с этим индийский угольный гигант Coal India COAL.NS впервые с 2015 года собирается нарастить импорт твёрдого топлива на фоне не очень активной добычи внутри страны.

Если взглянуть на действия двух государств, станет очевидно, что переход к «зелёной» энергетике и отказ от угля не будет таким простым и быстрым, как хотелось бы. Подробно о программах декарбонизации в Индии и Австралии пишет Reuters.  

Издание сообщает: крупнейший австралийский производитель электроэнергии AGL Energy, ранее купленный миллиардером и активистом по борьбе с изменением климата Майком Кэннон-Бруксом, отказался от планов по разделению компании на две части: имеющую и не имеющую отношение к угольной генерации.

На этом фоне председатель Питер Боттен и главный исполнительный директор Грэм Хант сообщили о своём уходе в отставку, уступив миллиардеру-экоактивисту и главному акционеру корпорации Кэннону-Бруксу. Reuters напоминает, что на долю AGL Energy приходится около 8% выбросов в Австралии. В основном из-за того, что компания эксплуатирует крупные и устаревшие электростанции в густонаселённых штатах Виктори и Новый Южный Уэльс.

Интересно, что в AGL признают экономическую эффективность идеи разделения бизнеса по экологичности производства электроэнергии. Это позволило бы компании продолжать получать финансирование в обход экологических запретов банков. Однако выкупивший в мае контрольный пакет акций AGL Кэннон-Брукс ранее заявил, что разделение компании задержит закрытие оставшихся угольных электростанций AGL и снизит её ценность для акционеров.

Идея выделения угольного бизнеса в отдельный актив подверглась критике и со стороны экоактивистов — как раз за то, что такие манипуляции позволяют угольным электростанциям работать десятилетиями.

В совете акционеров компании сформировалась своеобразная оппозиция во главе с Кэнноном-Бруксом.

В итоге правление AGL пришло к выводу, что у него не было бы необходимой поддержки 75% акционеров для одобрения разделения корпорации. Сразу после отказа от планов, Кэннон-Брукс и канадская фирма Brookfield Asset Management заявили, что они планируют инвестировать около 20 млрд австралийских долларов (14,3 млрд долларов США) в замену угольных электростанций AGL на экологически чистые и организацию запасов энергии.

Всё это должно появиться ещё до полного отказа от угольной энергии. Меры помогут достичь нулевого уровня выбросов к 2035 году, а не к 2045 году, как планировалось ранее.

Конечно, есть сомнения, можно ли выполнить этот переход и сохранить прибыль, но, как показывает опыт AGL, в противном случае компании будут подвергаться всё большему давлению. Во всяком случае, в странах, где нет проблем с финансированием.

Аргумент, выдвигаемый защитниками окружающей среды, заключается в том, что ископаемые виды топлива, такие как уголь и природный газ, в любом случае слишком дороги. К тому же они ненадёжны и неразрывно связаны с изменением климата.

Индийский угольный сигнал

Иная картина в Индии: впервые с 2015 года угледобывающая Coal India COAL.NS планирует импортировать твёрдое топливо, чтобы обеспечить им электростанции в стране. В период летнего пикового спроса компания намерена поставлять уголь для снабжения генераторов из-за опасений нехватки электроэнергии, — указано в письме индийского Министерства энергетики.

Учитывая почти рекордные цены на уголь на азиатском рынке, это решение можно назвать отчаянным: так например, по данным GlobalCOAL, энергетический уголь в австралийском порту Ньюкасл (эталонный контракт для азиатского рынка) 27 мая продавался по цене $415,60 за тонну. Это более чем в три раза превышает цены конца прошлого года. С тех пор стоимость угля взлетела на фоне возросшего спроса со стороны Европы, которая пытается заместить поставки твёрдого топлива из России после начала украинского конфликта.

Очевидно, в условиях энергетического кризиса Индия будет использовать любое топливо, какое только сможет, и на данный момент это уголь.


Правда, пока не известно, приведёт ли рост расходов на импорт угля к увеличению инвестиций в возобновляемые источники энергии, или же страна предпочтёт нарастить собственную добычу, чтобы избавиться от импортозависимости.

У Индии может и нет своих преданных миллиардеров, таких как Кэннон-Брукс, для финансирования более быстрой декарбонизации. Но если у мира есть хоть какой-то шанс свести к нулю выбросы в ближайшие десятилетия, то основные изменения для этого должны произойти как раз в таких странах, как Индия, Индонезия и Китай, с большими внутренними запасами угля, высокой плотностью населения и растущими потребностями в энергии.

Больше лёгкого чтива для тяжёлых будней ищите в нашем разделе LIGHT и в Telegram-канале @Vgudok

Наталья Беляева