Дорогой жизни… Автор vgudok.com вместе с реконструкторами отметил прибытие первого поезда в освобождённый от блокады Ленинград

Опубликовано 16 февраля 2018

Блокада. Дорога жизни. Ладожское озеро. Для живущих в Санкт-Петербурге слова эти не пустой звук. В телеграмму уместилась работа, проделанная на Октябрьской дороге к памятным датам: «Для проведения мероприятий, посвященных 74-й годовщине прорыва блокады Ленинграда и 75-й годовщине прибытия первого поезда по «Дороге Победы», на ст. СПб Фин назначаются передаточные поезда: …»

18 января 1943 года блокада Ленинграда была прорвана. По отбитой у врага земле за семнадцать дней была построена линия Поляны – Шлиссельбург протяжённостью тридцать три километра. Через Неву был сооружён уникальный мост, пригодный только для зимней эксплуатации — низководная эстакада. Утром 7 февраля поезд, отправившийся из Волховстроя двумя днями раньше, попавший под бомбежку и имевший непредвиденную остановку для отогревания замерзшего водяного рукава, прибыл на Финляндский вокзал Ленинграда. Груз — продовольствие для голодающего города. Вёл поезд машинист Иван Пироженко. Паровоз — Эу‑708‑64. Спустя много лет, 9 мая 1980 года, эта машина будет установлена в качестве памятника на станции Волховстрой-I Октябрьской железной дороги.

Трассу, по которой только ночью, с уменьшенной скоростью, успевали пройти три пары поездов, нарекли «Дорогой Победы». Железнодорожники называли её «коридором смерти». Обслуживали поезда бригады 48-й паровозной колонны особого резерва НКПС. В годы войны слово «особый» почти всегда означало «смертельный».

Vgudok.com заглянул за ширму подготовки и проведения реконструкции прибытия первого поезда по «Дороге Победы».

Накануне, в полдевятого вечера, со станции Шушары, с составом из исторических вагонов из музейного запасника, паровоз Эр­-766-41 отправился на Сортировку-Московскую. Объединившись ещё с двумя паровозами, задолго до рассвета паровоз 1949 года постройки направился на станцию СПб‑Финляндский. Паровозы Эу и Эр имеют внешние отличия один от другого, но их заметит лишь специалист. Движенцы пропустили передаточный поезд раньше графика, и железнодорожники-фотографы, поджидавшие его в живописных местах ж/д узла, остались с носом.


«М86 белый, маршрут на пятый перронный готов полностью»

Машинист паровоза локомотивного депо Санкт-Петербург-Финляндский Вадим Гуков, готовый буквально жить на паровозе (настолько он любит эту машину), прибыл на явку на станцию СПб-Финляндский на 08:00. Приняв горячий паровоз на 6А пути, механик выяснил у дежурного по станции: состав должен быть готов к движению маневровым порядком на 11:40, чтобы, пройдя около километра пути, ровно в полдень «прибыть» на пятый перронный путь, где его будет встречать начальник Октябрьской дороги, ветераны. Хотя, какие там ветераны… В лучшем случае, дети войны… Два других паровоза — Су250-74 и СО17-2359 — с 5А пути должны «прибыть» на 12:10 и 12:15.

В вагонах-теплушках — реконструкторы. Не артисты, как написали некоторые СМИ, а реконструкторы. Эти парни и девчонки живут историей. Маша, девушка с ослепительной улыбкой и экономист по профессии, пришла в реконструкцию совсем недавно, около полугода назад. Ей выпало ехать на лестнице у буферного бруса паровоза. После окончания действия я спрошу у неё: «Страшно было?» — «Очень, я высоты боюсь, но война страшнее!» — ответит хрупкая девушка.

Старший поезда Илья Русанов проводит инструктаж личного состава: «До моего доклада командиру из вагонов никто не выходит!».

Время — 11:40. Вадим Гуков подает протяжный свисток. Паровозный свисток… Только ленивый не описал его сиплый, надсадный звук… К счастью, звук этот слышен всё чаще: в Питере порядка десяти рабочих машин, три из которых находятся в ежедневной эксплуатации на узле.

Все на своих местах, состав начинает движение.

На 12-м ходовом — остановка: прибыть нужно вовремя. Реконструкторы, которым выпало ехать на буферном брусе и площадке паровоза, делают «селфи» — нечасто такое случается. Наконец, время вышло, можно ехать. «Машинист Гуков на двенадцатом ходовом, Вас понял, М86 и М108 — лунно-белые, на пятый перронный путь маршрут приготовлен полностью», — ответ машиниста на вызов дежурного по станции полностью соответствует Регламенту переговоров. Поехали!

Я в одной из теплушек. В моём вагоне не больше десятка человек. Их задача — приветствовать встречающих во время движения, а после остановки воссоздать сцену встречи на перроне. «А давайте Катюшу споём?» — и тут же уютное пространство вагона заполняется нежной песней. «Поплыли туманы над рекой…» Нет, ребята, в этой стране не все потеряно. Вот вы, в своём офисе или на любом другом рабочем месте, можете вот так просто, без стакана за галстук, хором затянуть старую песню? То-то же. А эти парни и девчонки — могут. Низкий вам поклон, мои хорошие!

Следом за нами на соседний, 6-й перронный, оглашая окрестности свистками, с интервалом в пять минут прибывают Су и СО. С появлением на платформе «гражданских» покидаю свое укрытие. Финляндский вокзал заполнен, как в весеннюю субботу утром, только не дачниками, а теми, кто пришёл полюбоваться зрелищем. Каждый первый — фотограф.

Прошу уже знакомого нам Илью и его товарища Ивана рассказать, как они пришли в реконструкцию. Оба моих собеседника железнодорожники: Иван — монтёр пути ПЧ-17, Илья — тоже путеец, недавно он переехал в Москву и продолжил работу в дистанции пути уже на Московской дороге. Илья, к своим двадцати девяти годам уже семь лет занимающийся реконструкцией, со времён обучения на Малой Октябрьской интересовался историей — как страны, так и железных дорог. Не случайно сегодня он в форме дорожного мастера. Иван (сегодня он — лейтенант войсковых частей) в реконструкции три года из своих двадцати пяти. «Лыжня России, гаджеты, что там ещё? Успеем и это. Сегодня реконструкция важнее», — так он ответил на мой вопрос, почему в круг его интересов попало то, что обычно остаётся за пределами кругозора его поколения.


Машинист Вадим Гуков (в будке) и реконструктор Илья Русанов (старший поезда)

А знаете, как начиналось на Октябрьской дороге это мероприятие? В 2013 году, когда впервые решено было воссоздать прибытие первого после блокады поезда, все тот же Илья Русанов узнал об этом случайно, из телеграммы в своей ПЧ (дистанции пути). Прибытие было назначено на восемь утра, темно, народу никого. К тому моменту он уже имел комплект исторической железнодорожной формы, и решение пришло само: взять фонарь образца 1941-го года и… встретить прибывающий поезд. Ещё один реконструктор НКПС (Народный комиссариат путей сообщения), журналист Павел Желтов, прибыл с поездом. Железнодорожник с фонарём стал изюминкой представления, руководству ОЖД затея понравилась, и сегодня мы увидели, во что она прогрессировала пять лет спустя.

…Потихоньку разошлись зрители: и те, кто пришел специально, и те, кто стал случайным очевидцем. В четыре часа пополудни три паровоза с историческими вагонами отправятся на Ланскую, где, сменив направление движения, поедут на Кушелевку — такой нехитрый манёвр нужен для того, чтобы к себе домой, на Сортировку-Московскую, паровозы следовали «трубой вперёд». Им ещё предстоит сделать крюк — заехать в Шушары, оставить там теплушки и классные вагоны сопровождения. За скобками рассказа остались те, кто готовил эти почтенного возраста вагоны; те, кто восстанавливал паровозы. Не рассказали мы и о тех, чьими стараниями эта техника не оказалась сданной в лом — энтузиастах-музейщиках.

Не рассказали о ветеранах — время неумолимо. Но мы увидели, что всё, что им довелось пережить, не зря. Совсем молодые реконструкторы подхватили память о войне. Без лишних лозунгов и речей о патриотизме они показывают ужасы кровавой бойни. Всем. И тем, кому это действительно интересно, и тем, кому война — мать родна.

Сергей Вершинин, Санкт-Петербург, фото автора