Америка, бомбёжка, НКВД, 90-е и спасение. В канун Дня Победы vgudok.com рассказывает о судьбе уникального ж/д станка

Опубликовано 08 мая 2018

Есть в Санкт-Петербурге ремонтное локомотивное депо с богатейшей историей, после бесконечной череды реформ оказавшееся вне структуры РЖД – Санкт-Петербург-Сортировочный-Витебский. Токарем на американском колёсотокарном станке Niles там в молодости работал нынешний начальник Малой Октябрьской (детской) железной дороги Владимир Чиликин.

Как-то раз случилось молодому Володе Чиликину оказаться в железнодорожной больнице. Дело было в восьмидесятых, когда живы ещё были те, кто прошёл войну взрослыми людьми. На соседней кровати лежал пожилой мужчина. Разговорились. Оказалось, что пенсионер этот во время войны работал в том самом депо снабженцем. Узнав, что сосед по больничной палате — токарь на Niles, отставной железнодорожник рассказал ему невероятную историю появления этого станка в депо.

В депо, недолго думая, организовали погрузку станка на платформу и быстренько прибрали его: не каждый день американские станки на дороге валяются.

В сорок третьем году на станции Витебская-Товарная под бомбёжку угодил товарный состав. Какие-то вагоны уцелели, другим повезло меньше. Среди раскуроченных взрывами вагонов напротив депо оказался и тот, на котором куда-то везли этот самый Niles. В депо, недолго думая, организовали погрузку станка на платформу и быстренько прибрали его: не каждый день американские станки на дороге валяются.

Радовались «обновке» недолго: в депо появились люди в форме НКВД. Шутка ли — ленд-лизовский станок, стратегическое оборудование. НКВДшники — парни серьёзные, у них в ходу только два слова: «расстрелять» и «посадить». Как развивались события дальше, никто уже никогда не узнает — время неумолимо. Тем не менее, арестов и расстрелов в депо как-то удалось избежать, а станок остался в депо.

После окончания войны он продолжил работать на предприятии. Мощная машина, которой по плечу любая работа. На этом история, рассказанная ветераном, заканчивается, но наш рассказ о станке продолжается.

В депо до сегодняшнего дня хранится паспорт уникального станка. Часть документов — на русском языке, и изготовлена уже после войны. Но что это? Документы свидетельствуют: станок произведён в январе 1944 года. Владимир Чиликин утверждает, что видел на одной из шильд станка выбитый год выпуска — 1927 (найти её не удалось: часть шильд утрачена, часть залита сотней слоёв краски). Как же так? Ведь ветеран-снабженец утверждал, что состав попал под бомбёжку в сорок третьем году! Тем не менее, всё встаёт на свои места: Владимир Борисович поясняет, что документы могли быть досланы из Америки уже после войны, чтобы «легализовать» оборудование, лишившееся «родных» документов.

С завершением паровозной эпохи в депо появился другой станок для обточки колёсных пар, на котором можно обтачивать колеса, не выкатывая их из-под локомотива. Тем не менее, Niles списывать не спешили: во времена СССР паровозы составляли стратегический резерв и хранились на базах запаса. С развалом Союза и разделкой большинства паровозов в лом Niles был нужен всё реже, но, несмотря ни на что, оставался на своём месте. И, как показала история, не зря: случился и на паровозной улице праздник. В РЖД в 2012 году решили, что паровозы — это история, и резать их грех. Все оставшиеся машины было решено восстановить до рабочего состояния. У старичка Niles снова появилась работа, хотя всё чаще стали слышны голоса, что эту груду железа давно пора сдать в лом.

Все, кто имеет отношение к изучению ж/д истории, единодушны: место станку Niles — в музее.

Последнюю колёсную пару на нашем Niles обточили около двух лет назад. А знаете, кто вставал за рукоятки подач? Тот самый Владимир Чиликин! Несмотря на высокую должность, приезжал он в своё бывшее депо, переодевался в рабочую спецовку, и выводил знакомый профиль... На сегодняшний день он единственный, кто в состоянии управлять этой машиной. Владимир Борисович был бы рад передать опыт молодому поколению, но полностью исправный станок выведен из эксплуатируемого станочного парка предприятия, и какова его дальнейшая судьба, никто не может сказать. В депо, ремонтирующем тепловозы, такой станок не нужен. Все, кто имеет отношение к изучению ж/д истории, единодушны: место станку Niles — в музее.


Владимир Чиликин

Не погрешим против истины, если назовём наш станок, по аналогии с городами-героями, станком-героем. Посмотрите, какой жизненный путь он прошёл: родился в Америке, путешествовал морем и по железной дороге, чуть не погиб, угодив под бомбёжку. Воскрес, вовремя попавшись на глаза заботливым железнодорожникам, которые чуть не лишились за свой поступок свободы и жизни. Пережил лёгкое «омоложение» по документам, после чего прожил трудовую жизнь. Ну, чем не герой? А вы — «железо»...

Сергей Вершинин